На ближайший вторник после Недели о Фоме приходится Радоница – день общецерковного поминовения усопших. В нынешнем, 2022 году он приходится на 3 мая. Но почему же у поминального дня такое, казалось бы, неподходящее название? Чтобы выяснить это, нам придется предпринять короткий экскурс в историю.
До принятия христианства наступление весны в природе считалось особым временем, когда истончается грань между мирами живых и мертвых. Люди устремлялись к местам, где были похоронены их родственники, и устраивали там поминальную трапезу – тризну. Смысл ее был в том, чтобы порадовать умерших родичей – и попросить у них помощи на весь будущий год. Ведь мертвые в языческих верованиях наделялись сверхъестественными способностями – в том числе и такими, которые якобы позволяли им обеспечить своим живущим ныне родственникам здоровье, благополучие и удачу. Радовали мертвых, устраивая возлияния: часть хмельного напитка из чаши выпивалась, другая выливалась на могилу или на землю рядом с ней. То же и с пищей: часть ее съедалась, а остальное оставлялось на могиле. Считалось, что таким образом умершие могут приобщиться к удовольствию, получаемому живыми от вкусной еды и пьянящего питья – и порадоваться. Отсюда и Радоница.
В христианской традиции обычай поминать умерших на второй неделе после Пасхи известен с первых веков от Рождества Христова. Уже в IV столетии святитель Иоанн Златоуст говорит о нем, как о чем-то устоявшемся. «Потому что Иисус Христос сошел к мертвым, поэтому собираемся и мы», – пишет он о таких поминовениях. Считается, что именно на этой, второй после Пасхи, неделе Господь-Искупитель сошел в преисподнюю и извлек из нее души, ожидавшие Его. С Воскресения же Христова и до вторника по Фоминой неделе поминовение умерших Церковью не совершается – даже погребение тех, кто умер в Пасху или на Светлой седмице, служится по особому чину.
Во вторник же после Фомина воскресенья в храмах впервые совершается полная литургия, после которой служится панихида. Верующие в этот день, приходя на службу, приносят с собой продукты и полагают их на поминальный стол – для поминовения усопших. После панихиды эти продукты раздают, чтобы люди, употребив их в пишу, помолились и просто помянули добрым словом тех, кто их принес, а также их усопших родственников. Именно усопших – потому что, согласно христианскому вероучению, умершие обретут новые тела после общего воскресения, а пока их существование в духовном мире во многом подобно сну. Нужно отметить, что молитва родственников за службой и панихидой в этот день ничуть не менее важна, чем молитвы людей, которым раздали продукты. После панихиды принято ходить на кладбище – прибирать могилки родных, вспоминая при этом каждого из них.
Этот поминальный день в церковно-народном календаре получил уже существовавшее в русском языке название Радоницы. Однако православное поминовение умерших по своей сути принципиально отличается от того, которое совершали язычники. Мы ничего не просим у мертвых – напротив, своими молитвами и милостыней (а пожертвованные продукты это тоже вид милостыни) стараемся вымолить у Бога более благоприятную загробную участь для каждого из них. А также просим помолиться об этом других, принося продукты в храм или раздавая их в этот день знакомым и незнакомым людям с просьбой помолиться о рабах Божьих (имена).
Каковы же тогда причины для радости у христиан на Радоницу? Одна из них – в том, что в этот день мы молитвенно соединяемся со своими родственниками, которых помним – и даже с теми, которые жили столетия назад, и чьи имена нам неведомы. Радуемся мы также о том, что каждый из них, как умел, прошел свой путь в этом мире, полном страданий, и ныне находится в мире духовном, ожидая будущего воскресения. В конце концов, наша скорбь по ушедшим и чувство утраты проходят – и остается лишь светлая грусть. И радость о том, что у Бога все живы – ведь все мы, и умершие, и ныне живущие, у Господа составляем единой целое: народ Божий. Смерть не властна расторгнуть это единство. В понимании этого заключается причина для радости.
Заметим напоследок, что устраивая на Радоницу трапезу с алкоголем на кладбище, оставляя на могилках родных снедь, люди добровольно возвращают себя в темные языческие времена – будто и они не христиане, и не было ни Воскресения Спасителя, ни двух тысяч лет живой жизни Церкви. Облегчить загробную участь ушедших таким способом невозможно – напротив, есть многочисленные свидетельства явления умерших родственников живым с просьбой не упиваться на их могилах и не оставлять на них спиртное. В мире ином им попросту нечем пить – да и незачем: там другие радости. Например – о том, что их ныне живущие потомки ведут на земле достойную христианского имени жизнь.
В. Сергиенко
