Наверное, многим режет слух расхожее выражение «сильная молитва». Что это вообще такое? Молитва праведного человека? Прошение, обращенное к определённому святому, имеющему благодать помогать в тех или иных случаях? Молитва на пределе душевных сил? Или что-то другое? Мы расскажем о молитве, которую, возможно, кто-то не назвал бы сильной. И тем не менее, она стала причиной одного из самых известных исцелений ХХ века.
Эдит Пиаф, которую из-за ее псевдонима называли «воробушком Парижа» (piaf и значит «воробушек»), к середине прошлого столетия стала, пожалуй, самой известной французской певицей-шансонье. Ее родителями были акробат Луи Гассьон и несостоявшаяся актриса, бросившая его раньше, чем на свет появилась их дочь. «Луи, между нами все кончено. Я отдала малышку матери. Когда вернешься, меня не ищи», – прочитал в письме бывший тогда на фронте отец Эдит. Приехав в Париж в отпуск в 1917 году, Луи впервые увидел свою двухлетнюю дочь, живущую в ужасающих условиях у деда и бабки по матери – хронических алкоголиков. Забрав девочку, он отвез ее на родину, в Нормандию, к своей матери Луизе. Та служила стряпухой у двоюродной сестры Мари, которая содержала в Бернейе «заведение», как тогда называли публичные дома.
Когда Эдит привели в порядок, она оказалась чудесной девочкой, которую быстро полюбили все, включая девиц из заведения Луизы. Однако в ее поведении была одна странность: малышка ходила, натыкаясь на предметы. Вскоре выяснилось, что она абсолютно слепа. Развившийся в первые месяцы ее жизни кератит в антисанитарных условиях привел к абсолютной потере зрения. Бабушка Луиза возила Эдит в Лизьё к врачу, который лечил ее ляписом. Он жег глаза, но эффекта не давал. В конце концов врач признал: шансов на исцеление мало.
Тогда девицы из заведения, которые очень привязались к девочке и баловали ее, предложили мадам Мари и бабушке Луизе ещё раз отвезти Эдит в Лизьё – однако не к врачу, а к святой Терезе: «Дождь из роз она сделать может, почему бы ей не совершить чуда для нашей малышки?» Мадам согласилась и дала обет, если Эдит выздоровеет ко дню святого Людовика, пожертвовать Церкви десять тысяч франков – огромную для начала 20-х годов сумму.
О святой Терезе из Лизьё нужно сказать особо. Родившись в 1873 году, она рано лишилась матери и перенесла тяжелую болезнь. Находясь на грани смерти, но неожиданно выздоровев, девятилетняя девочка осознала, что главная мечта ее жизни – стать монахиней-кармелиткой. С 15 лет она добивалась поступления в монастырь, но всюду встречала отказ из-за своего юного возраста – не помогла даже аудиенция у Римского папы. Однако Тереза была настойчива, и через некоторое время ее всё же приняли в монастырь, где она с радостью посвятила себя служению Богу. Семь лет спустя после поступления в обитель у Терезы начал развиваться туберкулез. Последние годы жизни она писала автобиографическую книгу – и скончалась в 1897 году, в возрасте 24 лет.
Труд кармелитки Терезы под названием «История одной души» был издан настоятельницей монастыря всего в двух тысячах экземпляров – и имел ошеломляющий успех. «Малый путь», о котором размышляла в своей книге Тереза, предполагал достижение святости через ежедневное совершение посильных каждому добрых поступков по отношению к ближним. «Единственный способ доказать мою любовь — это разбрасывать цветы, и эти цветы будут маленькими пожертвованиями, как и каждый мой взгляд, слово и все мои внешне непримечательные поступки, которые я буду совершать ради любви», – говорилось в книге.
«История одной души» выдержала множество переизданий и была переведена почти на все европейские языки. Книгой восхищались ведущие богословы Франции и простые верующие-миряне. Папа Пий Х назвал Терезу из Лизьё «величайшей святой нашей времени». Папа Пий XI канонизировал ее в 1925 году. Принимая во внимание неиссякающий поток паломников на могилу святой, в Лизьё была построена и посвящена ей великолепная базилика. Куда и направились в праздничный летний день бабушка Луиза с шестилетней Эдит и ее сестра Мари с девицами из своего заведения.
В базилике Святой Терезы они провели почти весь день. Присутствовали на праздничной службе, побывали на молебне, ставили свечи, прося выздоровления для маленькой Эдит и чего-то себе. Вечером они вернулись в Бернейе – уставшие, но в приподнятом настроении и с чувством выполненного долга. Десять дней, до праздника святого Людовика, они ждали чуда. Вечером в праздник бабушку Луизу, мадам Мари и девиц из заведения привлеки звуки пианино, доносившиеся из гостиной. Поспешив туда, они увидели Эдит, сидящую за инструментом, наигрывая одним пальцем песенку «При свете луны». На приглашение пойти спать девочка ответила: «Нет! То, что я вижу, так красиво!». «Ты видишь, радость моя?», – почти шепотом переспросила бабушка Луиза. Девочка видела. Первым, что она увидела в своей сознательной жизни, были клавиши пианино. Святая Тереза из Лизьё услышала предназначавшуюся ей молитву и ответила на неё.
За сорок последующих лет жизни Эдит Пиаф узнала многое. Разочарование от учебы в школе, где дети из «приличных» семей сторонились ее. Выступления вместе с отцом на парижских улицах, где она пела, а Луи Гассьон демонстрировал акробатические номера. Затем – национальное, а потом и всемирное признание как певицы и актрисы кино. Клевету, болезнь. годы забвения и не раз – смерть любимых людей. Но, возможно, самым ярким в ее недолгой жизни осталось воспоминание о том, как она впервые увидела мир благодаря чуду, вымоленному у Господа святой Терезой из Лизьё.
Можно ли считать молитву бабушек Эдит и девиц из заведения «сильной», принимая во внимание, где именно все они работали? Так или иначе, их сердечная просьба была услышана. В конце концов, мы не знаем, что весомее для Господа – тяжесть наших грехов или искреннее сердечное устремление, способность молиться за ближнего так же горячо, как за самого себя. Пока мы живы, возможность обратиться к Богу с молитвой имеет каждый. И каждый, благочестивый или грешный, вправе надеяться услышать, как кровоточивая женщина, с верой прикоснувшаяся к Его одеждам, слова: «Дщерь! вера твоя спасла тебя; иди в мире и будь здорова от болезни твоей» (Мк. 5, 34).
В. Сергиенко
