Патрик Дж. Пассмор
Краков, Польша, 27 января 2025 г. / 12:15 pm
27 января исполняется 80 лет со дня освобождения Освенцима-Биркенау. С каждым годом выживших в лагере становится все меньше, и пока остаются их свидетельства и очевидцы, значение Освенцима не ослабевает. В 2024 году через его ворота прошло более 1,8 миллиона посетителей.
Что же приводит сюда людей? Непристойная печь массовых убийств со всем ее злом, бесчеловечностью, жестокостью: На первый взгляд, это место лишено надежды. Но среди руин и отборочных линий, под знаком Arbeit Macht Frei, в сохранившихся блочных домах и среди разрушительных экспонатов личных вещей лежат очаги стойкости, человечности и порядочности.
Свидетельства выживших и рассказы о храбрости отдельных людей несут в себе остатки надежды и уроки, на которых будут учиться грядущие поколения.
Один из многих таких рассказов - высший пример самопожертвования. Пропал один заключенный, и офицер СС Карл Фрич решил, что 10 человек должны быть помещены в карцер, чтобы умереть от голода. Один из них, Францишек Гайовничек, семейный человек, в отчаянии молил о пощаде.
Другой заключенный вышел из очереди и предложил занять его место. По его словам, он был священником, и у него не было семьи. Неожиданно непокорное вмешательство заключенного 16670 вызвало неожиданное уважение со стороны Фритча, ответственного офицера. Его реакцией стал не удар по голове или пистолет, а, как рассказывают, изменение тона голоса и манеры поведения. Он согласился с нелогичным предложением заключенного 16670. Да, священнику грозила голодная смерть. Его звали отец Максимилиан Кольбе.
Последствия действий Кольбе почти не описаны в хронике, личности девяти его товарищей неизвестны, а свидетельства очевидцев скудны. Размышления об их медленной физической деградации заставляют задуматься об их переживаниях в те томительные дни голода. Какие мысли посещали их головы, когда они сталкивались с мрачной реальностью своей судьбы? Самым интересным может быть размышление о том, какое спокойствие и утешение принес в камеру святой Максимилиан Кольбе.
Для посетителей спуск в карцер № 11 может быть ошеломляющим. Леденящая душу реальность камеры 22, где заключенные сидели в одиночной камере, вызывает у них острую реакцию. Нацарапанные на стене кресты, предположительно являющиеся метками сокамерников, служат призрачным напоминанием о потерянных жизнях и перенесенных страданиях.
Один из выживших, уборщик блока Бруно Борговец, вспоминает, как молитвы и гимны из камеры Кольбе разносились по лагерю, давая утешение заключенным в соседних камерах. Их голоса также могли слышать жертвы, находившиеся на площадке для казней. В те моменты слова и поступки Кольбе свидетельствовали о силе общины даже перед лицом отчаяния.
Отец Петр Вишневский, капеллан EWTN Poland, рассказал CNA, что его дед Себастьян был одним из узников концентрационных лагерей Освенцим и Нойенгамме и погиб под бомбами, сброшенными самолетами RAF 3 мая 1945 года. По словам Вишневского, свидетельство его деда - это "луч света"
"Себастьян Вишневский, лагерный номер 10823, чьей самой большой виной была любовь к своей польской родине и защита ценностей, в которых он воспитал своих троих детей, отправил свое последнее письмо за девять месяцев до своей трагической смерти 20 августа 1944 года из концлагеря Нойенгамме. Кроме нескольких фраз с приветствиями и заверениями, что он здоров и чувствует себя хорошо (что соответствовало строгой нацистской цензуре в лагере), он написал одно предложение, которое ускользнуло от внимания цензоров и может стать девизом для всех нас, живущих после тех трагических времен: "Я прошу вас только помнить"
"Память, - сказал Вишневский, - это задача, которую мы, поколения, не пережившие травму нацистских лагерей смерти, должны выполнить, чтобы никто больше не страдал от этих бесчеловечных ужасов"
"Я прошу вас только помнить" - это крик из глубокой тьмы жестокой Второй мировой войны, чтобы мы не забывали, что может произойти, когда отсутствует человечность и уважение к ценностям, которые ее составляют"
"
.
